Новое

Отношения осложненные иностранным элементом

11 марта Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ вынесла Определение № 308-ЭС20-18927 по делу № А25-755/2019.

В нем ВС среди прочего обратил внимание нижестоящих судов на основополагающие принципы применения норм иностранного права, которое выбрали стороны договора, исчисление сроков исковой давности, а также распределение обязанности по установлению содержания норм иностранного права между сторонами и судом.

ВС: Стремиться установить содержание норм иностранного права должен в первую очередь суд, а не стороныСпор нужно было разрешать по шведскому праву, а нижестоящие инстанции применили китайское законодательство и международную конвенцию, которая не действует ни для Швеции, ни для КНР, ни для России

Как следует из судебных актов по делу о банкротстве ООО «Автомобильная компания «ДерВейс», общество «Джили-Моторс» обратилось в суд с заявлением о включении его требований в реестр кредиторов должника. Суды трех инстанций отказали в удовлетворении требований истца, сославшись в том числе на пропуск срока исковой давности.

Особенность данного дела cостоит в том, что требования кредитора возникли из международных договоров поставки, положениями которых было установлено, что они «толкуются и регулируются в соответствии с Конвенцией Организации Объединенных Наций о договорах международной купли-продажи товаров.

По всем относящимся к контракту вопросам, не урегулированным указанной Конвенцией, стороны применяют нормы права национального законодательства Швеции».

Соответственно, судам надлежало выяснить, на основании каких норм права должен исчисляться срок исковой давности, а также кто обязан установить содержание норм иностранного права.

По мнению кредитора, срок исковой давности должен определяться по шведскому законодательству, поэтому он составляет 10 лет. То есть на момент подачи заявления о включении требований кредитора в реестр он не истек. Однако суды трех инстанций решили иначе и отказали в применении 10-летнего срока исковой давности по законодательству Швеции ввиду недоказанности позиции кредитора.

Рассматривая данное дело, Коллегия по экономическим спорам ВС пришла к выводу о существенном нарушении нижестоящими судами норм права, что повлияло на исход дела, в связи с чем отменила вынесенные судебные акты и направила дело на новое рассмотрение в первую инстанцию.

ВС разъяснит применение норм международного частного праваПленум Верховного Суда направил соответствующий проект постановления  на доработку

В мотивировочной части определения Верховный Суд привел несколько очень важных выводов, которые полностью соответствуют – и в определенной части развивают – положения о толковании правил применения норм иностранного права, приведенные в Постановлении Пленума ВС от 9 июля 2019 г. № 24 «О применении норм международного частного права судами Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума ВС № 24).

Прежде всего Суд подчеркнул значимость основополагающего принципа международного частного права о свободе договора и автономии воли сторон, который может воплощаться также в их возможности свободно выбрать право, применимое к их правам и обязанностям из договора (ст. 1210 ГК РФ).

При этом ВС справедливо указал: «игнорирование судами оговорки о применимом праве противоречит принципам свободы договора и автономии воли участников гражданских правоотношений, подрывает разумные ожидания сторон сделки и стабильность внешнеторгового оборота, препятствует становлению и развитию партнерских деловых отношений».

ВС отметил также важность соблюдения основополагающего принципа международного частного права в части автономии воли сторон при выборе применимого к договору права, подчеркнув обязанность судов рассматривать споры на основании именно выбранного сторонами права.

Он напомнил общее и прямо закрепленное в законодательстве правило о том, что на основании ст. 1208 ГК исковая давность определяется по праву страны, применимому к соответствующему правоотношению.

Как следствие, без правильного определения и установления содержания применимого права в принципе невозможно было рассмотреть указанный обособленный спор и выяснить, заявлены ли требования кредитора в пределах сроков давности.

В определении подчеркнуто, что вопрос об определении применимого права и установлении его содержания является первоочередным при рассмотрении споров, в том числе о сроках исковой давности.

Более того, анализируя оговорку о применимом праве, Суд указал, что в силу положений Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г.

(далее –Венская конвенция) «спорные контракты автоматически подпадают под действие положений Венской конвенции по пункту 1(а) статьи 1 этой конвенции», поскольку заключены сторонами договаривающихся государств.

Поэтому «указание в контрактах на применение к ним Венской конвенции юридически излишне и, по-видимому, направлено лишь на уменьшение риска случайного игнорирования конвенции при разрешении судебных споров».

Данное разъяснение, по сути, призвано напомнить судам общие правила применения норм Венской конвенции, в том числе в ситуациях, когда стороны в оговорках о применимом праве прямо на ее нормы не ссылаются.

Кроме того, ВС справедливо заметил, что вопреки выводам нижестоящих судов Конвенция об исковой давности в международной купле-продаже товаров 1974 г.

(далее – Нью-Йоркская конвенция) не является частью Венской конвенции, а также в принципе не могла быть применена при рассмотрении указанного дела, поскольку ни одна из сторон спорных договоров поставки не относится к «договаривающимся государствам».

Отмечено также, что Нью-Йоркская конвенция не является частью правовой системы Швеции, в связи с чем не могла быть применена при рассмотрении данного спора на основании норм применимого шведского законодательства. ВС заключил, что, исходя из общих положений законодательства о правилах применения норм иностранного права, вопрос о соблюдении сроков исковой давности должен был быть решен на основании прямо выбранного сторонами шведского права.

С иностранным осложнениемПленум ВС РФ принял постановление, разъясняющее экономические споры с участием зарубежных юридических лиц

Проанализировав вопрос о распределении обязанностей по установлению содержания норм иностранного права, Суд подчеркнул, что из общих положений материального и процессуального права, а также разъяснений, содержащихся в постановлениях Пленума ВС № 24 и от 27 июня 2017 г.

№ 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом», следует, что содержание норм иностранного права устанавливается судом в соответствии с их официальным толкованием, практикой применения и доктриной в соответствующем иностранном государстве.

Можно предположить, что ВС специально акцентировал внимание на важности правильного установления норм иностранного права российскими судами и указал, что, исходя из норм российского законодательства, «процессуальная активность суда по исследованию вопросов права должна быть существенно выше, чем при решении вопросов по фактическим обстоятельствам дела».

Особо подчеркнуто, что, несмотря на возможность суда возложить обязанность по представлению сведений о содержании норм иностранного права на стороны (что должно быть сделано в установленном действующим процессуальным законодательством порядке, т.е. посредством вынесения судебного определения), суд в любом случае «не освобождается от обязанности по установлению содержания норм иностранного права».

При этом, как отмечено в определении, в силу принципа состязательности названная обязанность должна быть возложена на обе стороны, а не на одну. ВС указал, что в рассматриваемом деле не было оснований для применения норм российского права исходя из п. 3 ст. 1191 ГК РФ, поскольку «при разрешении спора не предприняты достаточные меры для уяснения норм иностранного права».

Кроме того, Верховный Суд напомнил общее закрепленное в законодательстве правило о том, что оснований для применения правила о праве страны, с которой гражданско-правовое отношение, осложненное иностранным элементом, наиболее тесно связано (п. 2 ст. 1186 ГК), нет, поскольку в данном случае право, подлежащее применению, устанавливается достаточно определенно.

Таким образом, Суд подчеркнул несколько существенных принципов международного частного права, касающихся определения применимого права и установления его содержания, в том числе в части обязанностей судов по активному установлению содержания норм иностранного права, выбранного сторонами, а также напомнил порядок определения сроков исковой давности для договоров, урегулированных иностранным правом.

Несомненно, обсуждаемое определение имеет большое значение для надлежащего рассмотрения споров с иностранным элементом на основании норм выбранного сторонами иностранного права, а также правильного определения субъекта, на которого возложена обязанность по установлению содержания его норм.

Понятие и признаки частноправового отношения, осложненного иностранным элементом

⇐ Предыдущая3456789101112Следующая ⇒

В сферу международного частного права входят частноправовые отношения, осложненные иностранным элементом. Термин «частно-правовые отношения» означает отношения, которые в пределах каждого государства регулируются нормами различных отраслей частного права:

1) гражданско-правовые отношения, которые регулируются нормами гражданского права (т. е. имущественные и личные неимущественные отношения);

2) семейно-брачные;

3) трудовые отношения, которые также являются имущественными и связанными с ними личными неимущественными отношениями. Иностранные элементы подразделяются на три основные группы в зависимости:

1) от субъекта, т. е. когда участниками правоотношений являются физические и юридические лица разных государств (могут выступать межправительственные, международные организации, государства);

2) объекта, т. е. правоотношения возникают по поводу имущества, которое находится за рубежом;

Читайте также:  П. 20. ч. 1 ст. 30 400-ФЗ

3) юридического факта, в результате которого возникают, изменяются или прекращаются частноправовые отношения в случае, если юридический факт имеет место за границей.

В конкретном правоотношении иностранный элемент может присутствовать в любом сочетании, т. е. они могут быть как в одной группе, так и в двух и даже в трех.

Например, раздел 6 Гражданского кодекса Российской Федерации исходит из следующего понимания предмета международного частного права: так, в соответствии со ст.

1186 Гражданского кодекса РФ, в которой говорится об определении права, подлежащего применению к гражданско-правовым отношениям с участием иностранных лиц или осложненного иным иностранным элементом, указывается следующее: «Гражданско-правовые отношения с участием иностранных граждан или иностранных юридических лиц, либо гражданско-правовые отношения, осложненные иным иностранным элементом, в том числе в случаях, когда объект гражданских прав находится за рубежом». Таким образом, здесь названы две группы иностранных элементов – субъект и объект, иные иностранные элементы исконно включают в себя и юридические факты. В ст. 1209 Гражданского кодекса РФ говорится о форме сделок, совершаемых за границей, что является примером юридического факта. Рассмотренные правоотношения:

1) являются частноправовыми;

2) осложнены иностранным элементом. Фактор присутствия иностранного элемента связывает частноправовые отношения не только с разными государствами, но и с правом разных государств, причем только одновременное присутствие двух этих признаков позволит выделить из всего круга общественных отношений тот круг отношений, которые составляют предмет регулирования международного частного права.

Таким образом, предмет международного частного права – это частноправовые отношения, осложненные иностранным элементом.

174. Структуры частноправового отношения, осложненного иностранным элементом: субъекты и содержание.

Участники правоотношений, регулируемых нормами международного частного права являются его субъектами. К субъектам международного частного права принято относить иностранных по отношению друг к другу физических и юридических лиц, а также государства. Правовой статус перечисленных субъектов совпадает с соответствующими субъектами частного права.

К понятию «субъекты международного частного правоотношения» тесно примыкает понятие «правосубъектность», которое широко используется в доктрине, но при этом наполняется подчас разным содержанием.

Чаще всего правосубъектностью обозначают признанную законом возможность иметь права и обязанности при возникновении в будущем конкретных правоотношений. Иными словами, правосубъектность рассматривается в качестве общей юридической предпосылки обладания конкретными правами и обязанностями.

Считается также, что правосубъектность является обобщающей категорией, включающей в себя правоспособность, дееспособность и деликтоспособность. Более подробно эти вопросы будут освящены далее.

Приобретая по основаниям, допускаемым законом, субъективные права и обязанности, правосубъектные лица становятся участниками конкретных правоотношений.

В любом международном частном правоотношении должно быть не менее двух сторон — управомоченной и обязанной. Управомоченной стороной выступает обладатель субъективного права, обязанной стороной — носитель правовой обязанности.

Достаточно часто каждый из участников правоотношения одновременно является управомоченной и обязанной стороной.

Как правило, в правоотношении участвуют конкретные лица — продавец и покупатель, арендатор и арендодатель и т.д. Однако в некоторых правоотношениях, например в правоотношениях собственности, на обязанной стороне выступает неопределенное число лиц (все так называемые третьи лица), которые должны воздерживаться от нарушения права собственности.

Субъектный состав участников правоотношения может меняться в результате различных событий и действий, в частности в случаях смерти физических лиц, ликвидации и реорганизации юридических лиц, совершения сделок и т.п. Переход прав и обязанностей от одного лица (правопредшественника) к другому лицу (правопреемнику), которое заменяет его в правоотношении, называется правопреемством.

Различают два вида правопреемства — универсальное (общее) и сингулярное (частное).

При универсальном правопреемстве правопреемник замещает правопредшественника во всех правоотношениях, за исключением тех, в которых правопреемство не допускается. Примером такого правопреемства служит наследование, в результате которого к наследникам переходят все права и обязанности умершего, кроме погашаемых с его смертью.

Под частным понимается правопреемство в одном или нескольких конкретных правоотношениях. Так, в результате уступки права требования субъективное гражданское право, а при переводе долга — гражданско-правовая обязанность могут перейти к другим лицам, которые заменят своих правопредшественников в конкретных правоотношениях.

По общему правилу право допускает правопреемство в отношении имущественных прав и обязанностей и не разрешает его в отношении личных неимущественных прав и обязанностей. Однако это правило имеет исключения. Например, по авторскому договору или по наследству к правопреемнику может перейти право на обнародование произведения, которое является личным неимущественным правом.

Правовое положение физических лиц в гражданских правоотношениях раскрывается через категории правоспособности и дееспособности.

Гражданской правоспособностью физического лица считается его способность быть носителем гражданских прав и обязанностей, допускаемых объективным правом данной страны.

Гражданская правоспособность присуща человеку как жизнеспособному существу и не зависит от его умственных способностей, состояния здоровья и т. д.

В настоящее время лишение по суду гражданской правоспособности законодательством большинства государств не допускается.

Правоспособность физического лица прекращается с его смертью или с объявления его умершим на основании презумпции безвестного отсутствия в течение определенного в законе срока, или же (в некоторых странах) с объявления судебного решения о безвестном отсутствии.

Под гражданской дееспособностью физического лица понимается его способность своими действиями приобретать гражданские права и обязанности.

Для того чтобы быть дееспособным, человек должен осознавать и правильно оценивать характер и значение совершаемых им действий, имеющих правовое значение.

Законодательством большинства стран установлено, что дееспособным в полном объеме гражданин становится по достижении установленного в законе возраста, то есть совершеннолетия.

Правовое положение юридических лиц в международном частном праве раскрывается через категорию правоспособности юридического лица.

Различают общую и специальную правоспособность юридических лиц.

При общей правоспособности юридическое лицо вправе приобретать гражданские права и нести гражданские обязанности, как и лицо физическое, за исключением таких прав и обязанностей, необходимой предпосылкой которых являются естественные свойства человека. При специальной правоспособности юридическое лицо вправе вступать в такие правоотношения, которые необходимы только для достижения указанной в законе или уставе цели.

  • Государство вступает в самые различные имущественные правоотношения с другими государствами, а также с международными организациями, юридическими лицами и отдельными гражданами других государств, выступая при этом субъектом международного частного права. Различают два вида правоотношений, в которых участвуют государства:
  • · правоотношения, возникающие между государствами, а также между государством и международными организациями;
  • · правоотношения, в которых государство выступает в качестве только одной стороны; другой стороной в этих правоотношениях могут быть иностранные юридические лица, международные хозяйственные (немежгосударственные) организации и отдельные граждане.
  • Участие государства в отношениях, регулируемых международным частным правом, имеет свою специфику, которая заключается в следующем:
  • · государство — особый субъект гражданско-правовых отношений. Оно не является юридическим лицом, так как в своих законах само определяет статус юридического лица;
  • · к договору между государством и иностранным физическим или юридическим лицом применяется внутреннее право этого государства;
  • · в силу своего суверенитета государство имеет иммунитет, поэтому сделки с ним подвергнуты повышенному риску;
  • · в гражданских отношениях государство участвует на равных началах с другими участниками данных отношений.
⇐ Предыдущая3456789101112Следующая ⇒ Поделиться с друзьями:

Актуальные проблемы теории международного частного права

С.В. Третьяков

  • Лекция 1
  • Предмет МЧП.
  • Понятие отношения, осложненного иностранным элементом
  • Основная проблема МЧП – проблема определения применимого права к отношениям, осложненным иностранным элементом.
  • В классической доктрине МЧП иностранный элемент понимался как:
  • 1) субъекты различных государств (национальность юридического лица или гражданство физического лица)
  • 2) объект правоотношения находится за границей
  • 3) основание возникновения находится за границей: договор заключен за границей.

Вопрос «Есть иностранный элемент или нет» — вопрос факта, а не права. В любом случае появления иностранного элемента нужно поставить вопрос о применимом праве.

Как определить применимое право? Савиньи отвечал: каждое правоотношение естественным образом тяготеет к какому-либо национальному порядку (к примеру, права на недвижимость определяются по праву стране, где она находится, права по контракту – по месту исполнения). Это «тяготение» — связь фактическая, возникающая из природы вещей, и, следовательно, понятие иностранного элемента и привязанности к национальному порядку должно быть везде одинаково.

НО! Для этого нужно, чтобы и понятие недвижимости, к примеру, было в национальных правопорядках одинаково: чего нет! В Англии real etate – это еще и акции; во Франции сельскохозяйственный инвентарь – это недвижимость, а в Германии – нет + в Германии – воздушные суда не недвижимость.

Еще проблема: понятие отношений с иностранным элементом в национальных правопорядках неоднородны: договор КП: русский купил русскую вещь у русского, но имущество в итоге оказалось в Германии. В Германии это иностранный элемент, а в России – нет.

Хотя есть «бесспорные» отношения с иностранным элементом – отношения между гражданами разных государств.

Читайте также:  Срок оплаты работ

Общий вывод: по степени выраженности иностранного элемента отношения, осложненные иностранным элементом различны, обладают разной степенью интенсивности проявления иностранного элемента. Как законодатель определит иностранный элемент, так и будет.

Теория Роберто Аго: МЧП – специальное право – оно определяет пределы применения иностранного права в различных правопорядках. Свое право национальный судья применяет без коллизионной нормы, а иностранное право – для него не право, следовательно, чтобы его применить, нужны специальные указания национального законодательства. Понятие иностранного элемента зависит от национального права.

Типовые виды иностранных элементов:

1) национальность: 2 гражданина различных государств. «Я покупаю булку в Париже.

Иностранный элемент? Право продавца применяется? Мы можем выбрать право Мадагаскара? Бред!» Но право говорит, что есть возможность постановки коллизионной проблемы.

Еще пример: 2 российских гражданина в Париже заключили договор и в силу автономии воли – применили к своим отношениям право Мадагаскара. Юридическая биотехнология. Субъекты права фактически формируют себе правовую систему.

  1. 2) домициль – место жительства
  2. 3) место нахождения имущества
  3. Понятие «иностранный элемент» обладает различной степенью интенсивности выражения.
  4. Вследствие этого германские теоретики отказались от понятия иностранного элемента — «универсалистская теория».
  5. «Универсалистская теория»: Герхард Хегель, Шурнг

1) коллизионная проблема возникает всегда независимо от наличия или отсутствия иностранного элемента. Уловить и перечислить все проявления иностранного элемента не возможно. Иностранный элемент, к примеру, может смениться в процессе исполнения обязательства. Потенциально любой элемент может оказаться иностранным элементом.

2) любой правопорядок может претендовать на регулирование любых правоотношений. Следовательно коллизионная проблема стоит всегда.

Во Франции и Италии для применения родного права суду, по теории Аго, коллизионное право не нужно, а в Германии нужно всегда ставить коллизионный вопрос.

Грубо говоря, коллизионные нормы не исчерпываются 3-ей частью ГК, они содержатся в остальном массиве законодательства – только неявно выражены. Причем речь идет не о проблеме межотраслевых коллизий в рамках национального права, а именно коллизии норм различных государств.

Минус «универсалистской теории»: по сути она отрицает материально-правовое регулирование МЧП, сверхимперативные норм.

Нигилистическая теория – отрицание необходимости понятия иностранного элемента в принципе.

Француз Бернар Оди: понятие иностранного элемента носит национально-правовой характер. Оно может потерять смысл: отменил и все.

Итальянцы: абстрактно определить иностранный элемент невозможно – смысла это понятие не имеет

Неоклассическая теория Антуана Коастисса фр. араб: вопрос о наличии иностранного элемента не влечет с необходимостью вопрос о применении иностранного права. Иностранный элемент – вопрос факта, а применение иностранного права — правовой вопрос. Вопрос о наличии или отсутствии иностранного элемента нужно решать применительно к каждому конкретному случаю.

Третьякову эта мысль не нравится: понятие иностранный элемент, собственно говоря, и придумали, чтобы определять возможность применения иностранного права. Закрепить исчерпывающий перечень иностранных элементов – невозможно и ненужно.

К примеру, два французских торговых юридических лица, подчиняющихся французской юрисдикции заключают договор поставки имущества из другой страны. 1 из субъектов – 100% дочка иностранного юрлица.

Отношения с юридической точки зрения чисто внутренние, а с экономической – внешнеторговые, международные.

Для таких отношений придумали термин – «контракты, затрагивающие интересы международной торговли». Этот критерий казалось бы шире существующих. Но он в то же время и уже: не каждый юридически иностранный элемент является внешнеторговым. К примеру, «Я покупаю булку в Париже».

Страны романской правовой системы, как и РФ, считают коллизионный метод лишь одним из методов МЧП (наряду с материально-правовым регулированием), а не единственно возможным, как немцы. Материально-правовой метод МЧП регулирует отношения с иностранным элементом независимо от постановки коллизионной проблемы.

«Плюралистическая» теория иностранного элемента: единого понятия иностранного элемента не существует. У каждого государства – свой способ определения.

Лекция 2 –03.03.05

  • Вывод: понятие «отношение с иностранным элементом» трудноопределимо:
  • 1) ин. элемент относителен
  • 2) различна степень интенсивности его выражения
  • 3) имеет национально-правовое происхождение.
  • Следовательно, трудно определить МЧМ, как отрасль права, регулирующую отношения с иностранным элементом.

Немецкая точка зрения. МЧП – только коллизионное право т.к. коллизионные нормы существуют всегда и везде. В МЧП материальных норм нет. Даже нормы Венской конвенции сопровождаются подразумевающимися коллизионными нормами.

Любой норме предшествует решение о ее применении в пространстве. Нужно определять действие нормы в пространстве. Этим и занимается МЧП.

МЧП – право не частное и не международное – это публичное право, определяющее пространственную применимость материально-правовых норм.

Этой точке зрения противостоит тезис о строго территориальном действии норм публичного права.

Лунц: если деяние, совершенное гражданином СССР на территории СССР, наказуемо по иностранному закону, то это не освобождает гражданина СССР от ответственности по нормам СССР, то есть происходит игнорирование одного публичного порядка другим и никакой коллизии нет – нет абстрактной возможности применения публично-правовой нормы.

Рубанов: игнорирование другого правопорядка – это вариант решения коллизионной проблемы, все равно — это учет одним правопорядком нормы другого.

Лунц учел это возражение: иностранные публично-правовые нормы могут учитываться родной нормой, но это еще не значит, что они применяются. Сюжет был в 80-х: строился газопровод в СССР, нужны были американские трубы, но в США было эмбарго на поставку в СССР труб – приходилось, конечно, обходить этот запрет, покупая у подставных европейских фирм.

Но возник вопрос: «То, что есть эмбарго, освобождает ли от исполнения обязательства по поставке труб?» В итоге должники освобождались, но право США не применялось, а учитывалось.

Как отличить? Пьер Майер: применение – правовое предписание находится в диспозиции норм, а учет – это когда содержание запрета рассматривается как факт, подлежащий учету, в диспозиции норм.

До сих пор не существует установленной практики разрешения вопроса о применимом праве в отношениях с ин. элементом. Нет автоматизма.

Французская точка зрения. Главный принцип: единство МЧП. Фр. Доктрина признает материальные норм МЧП.

МЧП состоит из: 1) норм о гражданстве 2) норм о правовом положении иностранных граждан 3) коллизионных норм 4) норм о признании юридического эффекта «иностранных публичных актов» 5) о международном гражданском процессе.

Просто во Франции придерживаются материального критерия разделения право на публичное и частное, а в Германии – формального – поэтому в Германии любой процесс – публичное право, даже процесс, преследующий частные цели.

Нормы о признании юридического эффекта «иностранных публичных актов». Чтобы понять необходимость выделения этих норм, нужно учесть, что во Франции различают 1) метод коллизии законов в МЧП и 2) метод коллизии юрисдикций.

Правила поведения принято делить на нормы (абстрактные; многократное применение; гипотетическая структура: если А, ты должен В) и решения (однократное применение, категорическая структура: ты должен А; акт применения права).

Классическая теория: коллизия законов возможна только в отношении норм, в отношении решений – только вопрос об их эффекте.

В любом случае все это частное право + ин. элемент — обоснование единства МЧП.

В РФ схожая система МЧП, но у нас-то критерий деления права на публичное и частное формальный! Следовательно, у нас невозможно обосновать единство такой системы МЧП. А немецкая система нам тоже не подходит: у нас есть материально-правовое регулирование (к примеру, условие об обязательной письменной форме внешнеторговой сделки).

Таким образом у нас вообще трудно доказать единство МЧП.

Семейные отношения, осложненные иностранным элементом [Реферат №637]

Содержание:

ВВЕДЕНИЕ

Общепринято, что область брачно-семейных отношений не пол­ностью, а лишь частично входит в объект регулирования междуна­родного частного права. Это объясняется тем, что брачно-семейные отношения имеют не только гражданско-правовую, но и админист­ративно-правовую природу.

 А превалирующей в доктрине междуна­родного частного права является сегодня позиция, согласно которой объектом МЧП могут быть только гражданско-правовые отношения международного характера.

 Из этого следует, что отношения, выхо­дящие за рамки гражданско-правовых, уже будут регулироваться не МЧП, а нормами других отраслей нрава.

К таким отношениям можно отнести порядок государственной регистрации актов граж­данского состояния, порядок и сроки хранения книг государствен­ной регистрации и аналогичные отношения, которые имеют адми­нистративно-правовой характер и регулируются исключительно нор­мами национального права, хотя традиционно рассматриваются при изучении вопросов семейного права.

Итак, МЧП регулирует только те отношения из области брач­но-семейных, которые имеют гражданско-правовую природу.

При выделении отношений частноправового (граждан­ско-правового) характера руководствуются следующими критериями: наличие имущественного или личного неимущественного характера, диспозитивность, равенство сторон.

Читайте также:  Расчет количества лет прошедших с года выпуска

 В случае, когда отношения раз­личных институтов семейного права удовлетворяют названным кри­териям, можно вести речь об объекте регулирования МЧП.

 К брачно-семейным отношениям в международном частном праве относят вопросы заключения и расторжения брака, признания брака недействительным, определения режима имущества между супругами, регулирования алиментных обязательств, усыновления и связанные с ними другие вопросы (например, взаимоотношения приемной семье) при условии, что указанные отношения имеют международный характер.

Кроме того, помимо наличия гражданско-правовой природы необходимо, чтобы отношения были осложнены иностранным элементом, что позволяет характеризовать их как международные.

В семейном праве в подавляющем большинстве случаев связь правоотношения с иностранным государством выражается в иностранной характеристике субъектов правоотношения. Видимо, поэтому раздел VII СК РФ, посвященный семейным отношениям с иностранным элементом, назван «Применение семейного законодательства к семейным отношениям с участием иностранных граждан и лиц без гражданства[1]».

На основе толкования норм раздела VII СК РФ и с учетом положений п. 1 ст. 1186 ГК РФ[2], иностранный элемент в семейном отношении может выражаться, в частности, в:

  • 1) иностранном гражданстве хотя бы одного из его участников;
  • 2) отсутствии гражданства у хотя бы одного из участников;
  • 3) проживании участников правоотношения за границей;
  • 4) нахождении объекта прав за границей (например, нахождении за границей недвижимости, принадлежащей супругам).
  1. Понятие семейных отношений с иностранным элементом и пути их правового регулирования

Характеризуя область брачно-семейных отношений, нельзя не отметить такой отличающий ее признак, как преобладание в каж­дом государстве правовых норм, имеющих свои давние историче­ские и религиозные корни, наличие обычаев, традиций, которые отражают специ­фику каждой народности и определенной общности людей. Именно это обстоятельство и является препятствием для унифи­кации материальных и даже (хотя в значительно меньшей степе­ни) коллизионных норм в семейном праве. Различия проявляются практически во всех институтах семейного права, при этом сам набор институтов во многом совпадает.

В это связи важное значение приобретает международно-правовое регулирование брачно-семейных отношений, осложненных иностранным элементом

Из многосторонних универсальных конвенций в области семейного права следует упомянуть ряд конвенций, разработанных Гаагской конференцией по международному частному праву. Это — Конвенция о заключении и признании действительности браков 1978 г.

; Конвенция о праве, применимом к режиму имущественных отношений супругов, 1978 г.; Конвенция о признании разводов и решений о судебном разлучении супругов, 1970 г.; Конвенция о праве, применимом к алиментным обязательствам, 1973 г. и многие другие.

Универсальная унификация, к сожалению, не стала эффектив­ным регулятором брачно-семейных отношений международного характера. Значительно результативнее оказалась региональная унификация, осуществляемая на разных континентах. Одной из первых стала унификация стран Латинской Америки, завершив­шаяся принятием в 1928 г.

 Кодекса Бустаманте (известного как Конвенция по международному частному праву). Кодекс Буста­манте—это прежде всего унификация коллизионного права.

Во­просам семейного права в нем посвящены специальные главы: «О браке и разводе», «Отцовство и установление отцовства», «Алиментные обязанности родственников», «Отцовская власть», «Усыновление», «Опека», «Эмансипация и совершеннолетие», «Регистрация актов гражданского состояния».

Между государствами —членами СНГ унификация коллизион­ных норм семейного права была осуществлена в результате приня­тия в 1993 г. Конвенции о правовой помощи и правоотношениях по гражданским, семейным и уголовным делам[3]. Подобно Кодексу Бустаманте, в Конвенции 1993 г. имеется специальная часть «Семейные дела».

В ней сформулированы нормы, закрепляющие принципы выбора права при регулировании следующих отношений: материальных условий заключения брака; расторжения брака; признания брака недействи­тельным; отношений между супругами, между родителями и детьми; установления или оспаривания отцовства (материнства), установления или отмены усыновления, опеки и попечительства.

Унификация семейного права огра­ничивается в основном созданием коллизионных норм. Матери­альных международных норм в области брачно-семейных отноше­ний принято очень мало. К конвенциям, содержащим материальные нормы, можно отнести Конвенцию о согласии на вступление в брак, брачном возрасте и регистрации браков 1962 г., участницей которой является Российская Федерация.

К нормам национального законодательства, регулирующего брачно-семейные отношения с участием иностранного элемента следует отнести прежде всего СК РФ принятый в 1995 г., включающий разд.

VII «Применение семейного законодательства к семейным отношениям с участием иностранных граждан и лиц без гражданства», где сформулированы коллизионные нормы о заключении брака, признании его недействительным, расторжении брака, о личных неимущественных и имущественных правах и обязанностях супругов, установлении и оспаривании отцовства (материнства), правах и обязанностях родителей и детей, алиментных обязательствах совершеннолетних детей и других членов семьи, усыновлении.

Наряду с СК РФ правила, имеющие значение для регулирования семейных отношений, содержатся в федеральных законах от 15 ноября 1997 г. «Об актах гражданского состояния», от 31 мая 2002 г. «О гражданстве Российской Федерации», а также в ряде других актов, в частности в Положении о Консульском учреждении Российской Федерации, утвержденном Указом Президента РФ 5 ноября 1998 г.

  1. Специфика семейных отношений осложненных иностранным элементом

Регулирование семейного отношения осуществляется в соответствии с нормами раздела VII Семейного кодекса Российской Федерации. При вступлении в брак на территории РФ порядок его заключения и форма брака подчиняются российскому праву, т.е. необходима государственная регистрация брака в органах записи актов гражданского состояния.

При этом не должно быть препятствий к вступлению в брак, перечисленных в ст. 14 СК РФ. А вот условия вступления в брак будут определяться для жениха и невесты в соответствии с правом государства, гражданами которого они являются[4].

Если, к примеру, вступают в брак россиянка и француз, то в отношении нее применяется российское право, а в отношении жениха — француза, соответственно, право Франции. Если лицо не имеет гражданства (апатрид), то условия вступления в брак определяются по праву той страны, где оно имеет постоянное место жительства (ст. 156 СК РФ).

Иностранные граждане вправе зарегистрировать свой брак (или оформить его иным образом) на территории Российской Федерации в дипломатическом представительстве или консульском учреждении своего государства; в этом случае применяется их национальное право (ст. 157 СК РФ).

  В последующем, если будет заявлено требование о признании брака недействительным, условия и порядок недействительности брака будут определяться по нормам права того государства, чье национальное право применялось при оформлении (заключении) брака (ст. 159 СК РФ).

Если в Россию прибывают лица, уже состоящие в браке, зарегистрированном в иностранном государстве, переоформления брака не требуется; он признается действительным, существующим при условии, что нет препятствий, указанных в ст. 14 Семейного кодекса (ст. 158 СК РФ). Расторжение брака производится по правилам ст. 160 Семейного кодекса РФ.

Независимо от того, в какой стране оформлялся брак, права и обязанности супругов определяются по праву государства, где совместно проживают или проживали супруги. Если совместного места жительства у мужа и жены не было, то в нашей стране применяется российское право (п. 1 ст. 161 СК РФ).

Но при заключении брачного контракта или соглашения об уплате алиментов супруги, не имеющие общего гражданства или места жительства, могут сами выбрать право какого-либо (любого, по их желанию) государства, которым будут определяться их права и обязанности по этим договорам.

Родители и их несовершеннолетние дети независимо от гражданства обычно проживают в одной семье, поэтому в качестве права, применяемого к их отношениям, Семейный кодекс РФ указывает право страны, на территории которой они имеют совместное место жительства. Если же они совместно не проживают, то применяется право того государства, гражданином которого является ребенок (ст. 163 СК РФ). Принадлежность ребенка к гражданству конкретного государства определяется на момент решения вопроса о применимом праве.При взыскании алиментов на несовершеннолетнего ребенка, когда он проживает не в стране своего гражданства, могут возникнуть трудности с их взысканием и перечислением получателю. Поэтому по требованию истца к алиментным обязательствам может быть применено законодательство государства, на территории которого проживает ребенок.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Таким образом, мы рассмотрели два вопроса, касающиеся семейных отношений с иностранным элементом. Итак, МЧП регулирует только те отношения из области брач­но-семейных, которые имеют гражданско-правовую природу.

При выделении отношений частноправового (граждан­ско-правового) характера руководствуются следующими критериями: наличие имущественного или личного неимущественного характера, диспозитивность, равенство сторон.

 В случае, когда отношения раз­личных институтов семейного права удовлетворяют названным кри­териям, можно вести речь об объекте регулирования МЧП.

 К брачно-семейным отношениям в международном частном праве относят вопросы заключения и расторжения брака, признания брака недействительным, определения режима имущества между супругами, регулирования алиментных обязательств, усыновления и связанные с ними другие вопросы (например, взаимоотношения приемной семье) при условии, что указанные отношения имеют международный характер.

Кроме того, помимо наличия гражданско-правовой природы необходимо, чтобы отношения были осложнены иностранным элементом, что позволяет характеризовать их как международные.

Список использованной литературы

Нормативные правовые акты: